А я сразу подумала, что никогда в жизни не позволю моему Саше в его возрасте носить часы за две тысячи долларов. Может, я его неправильно воспитываю, но, по-моему, нельзя приучать мальчика к таким вещам, пока он не станет взрослым.

— У него есть девушка? — поинтересовалась я, вспомнив, что у моего Саши уже есть постоянная подруга.

— Костя дружит с двумя девочками, — чуть запнувшись, ответила Медея, — но современных парней трудно понять. С кем из них он встречается чаще, мы не знаем. Но работники милиции взяли телефоны всех его знакомых. Они их сейчас обзванивают.

— Они уже проверяли его комнату?

— Сегодня утром, — ответила Медея. — Взяли все его записи, вынули диск из компьютера.

— Можно мне посмотреть его комнату? — Должна же я была хотя бы как-то попытаться обозначить мою активность, раз уж согласилась сюда прийти.

— Конечно. — Медея позвала Эльвину, выкрикнув ее имя. Собака снова поднялась, уже в третий раз. Кончится это тем, решила я, что она на кого-то из нас набросится. Эльвина вошла в комнату и встала у двери. Очевидно, ее обидело замечание, сделанное хозяйкой при гостях. Это только у нас домработницы могут обижаться на хозяев. Рецидивы социализма. Все люди равны. На Западе таких проблем не возникает.

— Эльвина, — сказала Медея, не глядя на нее, — будьте любезны, покажите гостям комнату Константина. И не забудьте, что через полчаса вам нужно погулять с собакой. Приготовьте намордник.

— Хорошо, — кивнула Эльвина.

Мы поднялись и прошли в комнату сына. Большая светлая комната с балконом, находящаяся рядом с гостиной, прямо напротив входной двери.